Елена Геда

Апелляционный суд Киева вчера завершил слушания по делу об убийстве Георгия Гонгадзе. Последнее заседание оказалось крайне эмоциональным. В суд приехала даже мать погибшего журналиста Леся Гонгадзе, более года назад отказавшаяся от участия в процессе. Свое право на последнее слово бывшие сотрудники спецподразделения МВД использовали по-разному: Александр Попович напомнил суду о своем сотрудничестве со следствием, Николай Протасов попросил смягчения приговора, а Валерий Костенко обреченно признал тяжесть совершенного.

Последнее заседание суда, рассматривающего дело об убийстве Георгия Гонгадзе, проходило в закрытом режиме. Впервые за долгое время на заседание приехала мать погибшего журналиста Леся Гонгадзе. Напомним, ранее она отказалась участвовать в судебном процессе. "Ни я, ни мой адвокат больше не будем принимать участия в этом позорном судилище. По-другому я этот процесс назвать не могу",– заявила она еще в 2006 году.

С выступления Леси Гонгадзе и началось вчерашнее заседание. "Она сказала, что полагается на справедливость суда: если суд сочтет подсудимых виновными, пусть наказывает",– пересказала Ъ слова матери погибшего журналиста представитель его вдовы Мирославы Гонгадзе Валентина Теличенко. При этом Леся Гонгадзе отметила, что подсудимые оказались заложниками системы и вынуждены были выполнять приказ вышестоящего руководства.

– Вы выполняли хотя и незаконный, но приказ,– сказала госпожа Гонгадзе, обращаясь к обвиняемым в убийстве своего сына.– Бог вам судья, а я буду молиться за вас.

После этого трем подсудимым – бывшим сотрудникам департамента внешнего наблюдения МВД – было предоставлено последнее слово. Первым выступил Александр Попович. Он сказал, что очень раскаивается в совершенном, и обратил внимание суда на то, что всегда говорил правду – и в ходе досудебного следствия, и на судебном процессе – и никогда не пытался уменьшить свою вину. "И в этом он не врет,– согласилась Валентина Теличенко.– Он не только не преуменьшал свою вину, но даже наоборот – рассказывал о деталях, отягчающих ее".

Следующим слово взял Николай Протасов. Он единственный заранее подготовил текст выступления – двое других подсудимых выступали экспромтом. Но, несмотря на наличие собственноручно написанного текста, Протасов, по словам участников процесса, говорил невнятно. Он сказал, что не согласен с вменяемым ему обвинением в превышении служебных полномочий. Свою позицию он аргументирует тем, что на момент совершения преступления находился в отпуске и в операции по задержанию Георгия Гонгадзе участвовал "как физическое лицо".

Валерий Костенко смягчения приговора не просил, он лишь подчеркнул, что отдает себе отчет в том, что совершил тяжкое преступление.

– Лучше бы я тоже тогда в лесу остался! – в сердцах сказал он.

При этом, по словам участников процесса, было заметно, что он очень переживает: "Голос его дрожал, в глазах стояли слезы".

"И все они (подсудимые) просили прощения у мамы (Леси Гонгадзе). Мама сказала, что прощения просить не нужно, потому что она их не обвиняет",– рассказал Ъ адвокат Александра Поповича Николай Лаптиев. "Говорить: извините нас за то, что мы причастны к убийству вашего сына или мужа... Это не тот случай, когда стоит просить прощения",– считает госпожа Теличенко. Впрочем, последние слова подсудимых мать погибшего журналиста не слышала: практически сразу же после своего выступления она покинула зал судебных заседаний.

Последнее заседание по делу Гонгадзе оказалось самым эмоциональным. "Все трое выглядели подавленными и раскаивались. Чувствовалось, что они сожалеют о том, что себе жизнь испортили и парня ни за что жизни лишили",– так охарактеризовал выступления подсудимых адвокат Николая Протасова Виктор Чевгуз. Ожидается, что приговор обвиняемым в убийстве Георгия Гонгадзе будет оглашен 15 марта.

Источник: «Коммерсантъ-Украина», 12 марта 2008 г.