Ежи Гофман – всемирно известный  польский режиссер, автор фильмов «Знахарь», «Прекрасная незнакомка», «Старая сказка – когда солнце было богом», а также экранизатор романов Генрика Сенкевича «Господин Володиевский», «Потоп», «Огнем и мечем», – будучи в Киеве с презентацией новой ленты «Украина. Становление нации», ответил на вопросы УНИАН.

- Пан Гофман, Вы уже сняли несколько фильмов об Украине. Сейчас приехали в Украину с презентацией очередной ленты под названием «Украина. Становление нации». У меня вопрос как гражданки Украины: почему польский режиссер так плотно взялся за украинскую тематику?

- Знаете, в этом ничего необычного нет – вот, например, англичане пишут об истории Польши.

То, что я из другой страны, дало мне возможность снять фильм не будучи ни синим, ни оранжевым, ни левым, ни правым. Посмотреть на историю страны как-то со стороны и с высоты. Кроме того, наши истории – Польши и Украины – переплетались много веков. Много веков были общими, часто драматичными, трагическими. Была и кровавая история, однако общая.

Готовясь к съемкам фильма «Огнем и мечем», я был должен был выучить всю историю Украины. Это вызвало у меня такой огромный интерес к истории Украины, что я углубился также в историю Киевской Руси и историю Украины после Богдана Хмельницкого.

А когда увидел название книги вашего тогдашнего Президента Леонида Кучмы «Украина – не Россия», то подумал, что есть проблема над которой стоит помозговать.

Фильма «Огнем и мечем» многие боялись. Когда узнали, что Богдан Ступка будет играть у меня Богдана Хмельницкого, начали обвинять в том, что он изменник, проститутка, продался за польские деньги. А он создал достойную, большую роль гетмана Украины!

- А что именно в книге Леонида Кучмы побудило Вас взяться за такую тему?

- Говорю же – прежде всего название!..

Безусловно, я прочитал всю книгу. Потом заглянул к историкам. Причем, разным: к тем, которые пишут не об Украине, а о Малороссии, то есть российские историки еще царского периода – это же они создали такую терминологию: великороссы и малороссы. Мол, и те, и вторые – «росы», то есть россияне, и нет ни украинцев, ни Украины.

Вот такие вещи побуждали меня создать этот фильм.

- В фильме Вы довольно большое внимание уделили Украинской повстанческой армии. Как думаете, изменится ли в Украине отношение к УПА после демонстрации ленты?

- Дело не в том, чтобы поменялась мысль... История УПА очень драматична, сложна и неоднозначна. В истории УПА есть героические, драматичные и в конце концов трагические моменты. В то же время некоторые многочисленные деятели этой организации славились жестокостью в отношении мирного польского населения. Это в результате дало ответ со стороны наших партизан – они начали жечь украинские села, убивать украинских женщин и детей, как до тех пор это делали украинцы повстанцы. То есть история УПА неоднозначна.

С другой стороны, они воевали за свободную Украину, боролись с фашистами, энкаведистами, хотя, как оказывается, цель не всегда оправдывает средства.

- После фильма «Огнем и мечем» Вас многие украинцы критиковали – мол, Вы показали казаков каким-то дикарями. Не боитесь ли сейчас критиков?

- Не говори мне, что от украинцев была критика! Не употребляй такого слова! Потому что есть разные украинцы.

У меня были очень много позитивных отзывов. В казачьих кругах ко мне обращались: «Пан атаман!», и ко мне приходят письма благодарности от украинцев из Канады, из Америки.

Я был на Хортице, ездил по всей Украине. И везде люди мне выражали благодарность.

Фильм имел успех. Люди ходили на него, потому что хотели смотреть...

- А как Вы вообще воспринимаете критику?

- Зависит от того, какую критику. Среди критиков есть очень талантливые люди и умные. Есть, конечно, среди критиков, как и в каждой профессии, и закомплексованные неудачники, которые не стали режиссерами или актерами, хотя мечтали об этом. Они не любят киноискусство, а считают его средством зарабатывания на жизнь. Критика – это, так сказать, способ реагирования на свои личные неудачи.

- По вашему мнению, чем Украина – не Россия?

- Вся история Украины показывает чем Украина – не Россия.

Киевская Русь после того, как была захвачена татаро-монголами, была разделена, судьба каждой части была разной. Из Киевской Руси возникли три нации: украинцы, россияне и белорусы. У них разные языки, у них сложилась разная культура, у них сложилось разное искусство и литература, хотя где-то это все переплетается.

Все, конечно, славяне, православные. Хотя и не все. Каждый из этих народов имеет свое отличие.

Ну, гипотеза о Киевской Руси как “колыбели трех братских народов” уже аргументировано опровергнута научными работниками...

Я не хочу читать на эту тему каких-то лекций...

Есть мой фильм. Он предназначен для того, чтобы в Украине его посмотрело как можно больше людей. Надеюсь и убежден, что так оно и будет.

Есть независимое, свободное государство Украина, граждане которой – независимо от того, на каком языке разговаривают, – признают своей Родиной...

Как сказал Гарибальди, после того, как мы создали государство, нужно создавать нацию. А нация создается поколениями. Не за семнадцать лет и не за двадцать семь и не за сорок. Процесс становления нации идет постоянно.

- Где в Украине Вы чувствуете себя более комфортно – на Западе, на Востоке или где-то еще?

- Я себя везде чувствую комфортно.

Конечно, у каждого региона свои собственные различия. Одни происходят от начала польского парламентаризма, а затем от австро-венгерской монархии, которая была либеральнее, чем российская. Другие традиции идут из Петербурга, Москвы.

Но у украинцев есть вещи, которые их объединяют. Например, прекрасный язык, упорядоченный Тарасом Шевченко. Украину объединяют большие писатели, народные песни, уникальный украинский костюм...

Пройдет еще немного времени, и разница между регионами будет иметь лишь этнографическое значение.... Ведь и у нас есть Западная Польша, Восточная Польша, Великопольша, Малопольша...

Конечно, какие-то отличия всегда будут, потому что Украина многонациональная страна. Однако эта многонациональность только обогащает ее культуру. Кроме того, эти отличия между людьми и народностями делают украинский народ невероятно талантливым. Потому что от смешанной крови люди выходят более способными и талантливыми.

- Вы говорили, что фильм «Украина. Становление нации» адресован в первую очередь украинскому молодому поколению.

- Я точно не хотел бы, чтобы мой фильм стал “кратким курсом” – помните, в свое время был “Краткий курс истории ВКПБ”, написанный Сталиным?

Я хотел, чтобы мой фильм стал импульсом, побуждал к изучению своего прошлого, истории родителей, дедов, прадедов. К изучению истории места, в котором родился и живешь, твоей области, страны. Ведь без знания прошлого нет будущего.

Я хотел, чтобы молодой человек, просмотрев ленту, мог распрямить плечи и почувствовать, что ему есть чем гордиться, что за ним стоит такая же большая история, культура, которой могут похвастать соседние страны.

Я также хотел, чтобы молодые люди стали более толерантными к другим людям, потому что лишь человек, который уважает себя, может быть толерантным к другим. И тогда не будет ксенофобии и многообразных “измов”, которые приводят к несчастьям: коммунизмов, нацизмов, национализмов и других шовинизмов.

Я хотел, чтобы молодой украинец, хотя история его народа непростая и нелегкая, просмотрев ленту, вышел преисполненный оптимизма, а не с ощущением, что он какая-то там жертва истории. Таким жертвами делали и вас, и нас. Поляков называли «крестом народов», потому что, мол, мы страдали за других... Украинцев тоже как-то называли…

Нет! Наша история нормальная, мы люди нормальные, и перед страной с такими богатствами, с таким потенциалом, с такими талантами должно быть будущее. По-другому быть не может!

Это и является идеей моего фильма!

- Вы лично знакомы с Леонидом Кучмой?

- Да. С Леонидом Кравчуком тоже знаком. И с нынешним вашим Президентом знаком.

- И какой Президент Вам больше всего нравится?

- Я могу оценивать своих президентов, которых сам выбирал. А оценивать президентов Украины должны украинцы.

- Большой резонанс получило решение украинского Верховного суда, который не признал Вас автором Ваших фильмов «Огнем и мечем» и «Знахарь». Как Вы это пережили?

- Должен сказать, что такая ситуация произошла со мной впервые в жизни – когда легально суд независимой и свободной страны лишил меня авторских прав на мои фильмы.

Это довольно курьезное дело. Тогда можно сказать, что Эйзенштейн не является автором “Броненосца “Потемкина”, Пудовкин не является автором «Матери» (по Горькому) или Довженко – «Земли».

Вот так.

Союз кинематографистов Украины, которому я отдал под защиту свои права, должен был доказать, что я не лгун и не вор и что они не лгуны и не воры. Что моя подпись настоящая. А когда уже было ясно, что идти дальше некуда, что у нас все хорошо, то суд решил лишить меня авторства моих фильмов.

Я могу этому суду выразить только большую благодарность, потому что благодаря ним я стал немного меньше автором.

Я никого не хочу ни в чем обвинять, но скажу, что пахнет это все нехорошо.

Эта ситуация не меняет моего отношения к стране, но я бы не хотел здесь быть в чем-то обвиненным и стать перед судом. Клянусь вам! Я бы очень боялся вашего суда.

Считается, что в Украине сейчас нет кино...

Считаю, что украинский кинематограф находится в очень тяжелой ситуации, причем по различным причинам. Мы тоже проходили этот период, его проходила Россия. Россия из этого упадка вышла, и сейчас у них всплеск в кинопроизводстве.

Как по мне, то в Украине еще не поняли, что фильм может быть бизнесом, то есть может приносить деньги. Украинские кинематографисты и все, кто имеет отношение к культуре, еще не поняли, что чтобы фильм признали в первую очередь в своей стране, нужно снимать его на своем языке и чтобы играли там свои актеры.

У вас государственные чиновники много говорят о самосознании. В то же время государство очень недооценивает те возможности в прививании культуры и самосознания, которые может дать кино. Кино здесь эффективнее, чем ряд указов, приказов и декретов.

- Вы дружите с Богданом Ступкой. Как часто с ним видитесь?

- Недавно нам обоим вручали приз примирения на польско-украинской границе. Там собралось свыше 30 тысяч молодых поляков и украинцев. Она вместе проводили время, веселились. Для них этот процесс примирения уже наступил, нынешнее поколение не таит обид друг на друга. Человек создан так, что помнит только собственную несправедливость, собственное горе, но не помнит горе, которое он принес другому. Поколение обиженных и обидчиков отходит, просто отходит... То есть мое поколение.

Молодое поколение будет жить без комплексов.

Я «Знахаря» с самого детства пересматриваю – бывает, и по три раза в год. Каждый раз плачу, каждый раз мне интересно его смотреть. О чем это свидетельствует? Хочу, чтобы Вы похвалили себя...

Потому что этот фильм о человеческой доброте. А каждый человек, даже очень плохой, где-то внутри хочет, когда выходит из кинотеатра, чувствовать себя лучше.

А также потому, что роль знахаря играет прекрасный человек... Ежи Бинчицкий был не только прекрасный профессионал... Это был прекрасный человек, с огромным сердцем. Потому этот фильм такой вышел...

Вы человек, скажем так, не очень молодой, однако Вы очень много работаете. Откуда берете силы, что Вас вдохновляет в этой жизни?

Любовь к женщинам...

- Какое кино Вы еще хотели бы снять?

- Я еще много фильмов хотел бы снять. Сейчас мы работаем над воспоминаниями о моем детстве.

Мне везет... Самая большая моя мечта в жизни – снять всю трилогию Генрика Сенкевича. Правда, я почему-то снимал его с конца до начала, а не наоборот. Но мне удалось его снять, хотя не каждому везет снять то, что он представлял.

УНИАН