Федор ТУРЧЕНКО, доктор исторических наук, профессор

В скором времени совместная российско-украинская комиссия, об образовании которой недавно объявлено в СМИ, начнет работу над общим учебным пособием по истории для учителей школ Украины и России. Под рукой у нее будут новейшие наработки российских коллег, в частности, книги для учителей А. Данилова и А. Филипова, написанные под их редакцией учебники для 11 класса, а также экспертное заключение российских специалистов «Освещение общей истории России и народов постсоветских стран в школьных учебниках истории новых независимых государств» (М., 2009). Предметом обсуждения станут актуальные и контроверсийные темы, которые в обществе трактуются по-разному, в частности, сталинские репрессии в СССР (а значит и в Украине).

Изучая этот вопрос, члены комиссии найдут на сайте Минобразования РФ первую версию концепции будущего учебника для 11 класса (1900—1945 гг.) А. Данилова, где ознакомятся с его подходом к оценке репрессий: «В учебнике следует, безусловно, оценить масштаб репрессий в годы «большого террора». Однако для этого следует четко определить, кого мы имеем в виду, говоря о репрессированных. Думается, было бы правильно, если бы здесь появилась формула, в которую будут включены лишь осужденные к смертной казни и расстрелянные лица. Это позволит уйти от спекуляций на этой теме, когда в число жертв репрессий приплюсовывались все, причем не по одному разу (включая тех, кто лишился работы по политическим мотивам, был исключен из комсомола и из партии и т.п.). А, опираясь уже на эту большую цифру, люди, не понимающие о чем идет речь, говорят уже о таком количестве погибших»¹.

Тезис концепции, согласно которой «предлагалось считать репрессированными только тех, кто был расстрелян по приговору суда», не попал ни в книгу для учителя А. Данилова, ни в учебник для 11 класса. Слишком одиозной и неприемлемой для российского общества, в сознании которого еще не выветрилась память о миллионах жертв сталинских репрессий, она оказалась. Один из последовательных критиков концепции А. Данилова доцент Московского государственного университета Ирина Карацуба пишет: «...Получается, что те, кто по приговору суда отправился на Колыму, в Казахстан, в Северлаг и еще куда-нибудь и сумел выжить — те не были репрессированы, а просто поправляли здоровье на чудесном воздухе. Лев Разгон не репрессирован, Евгения Гинзбург не репрессирована и т.д. Число репрессированных тем самым уменьшается в 10—15 раз»².

Хотя предложение считать репрессированными только осужденных к смертной казни и расстрелянных «не прошло», в напечатанном в книге А.Данилова варианте концепции осталась следующая фраза: «Террор превращался в прагматический инструмент решения народнохозяйственных задач. Оправдания этому, конечно, нет, хотя репрессии выполняли функцию устрашения для тех, кто нерадиво работал»³. Ирина Карацуба в связи с этим пишет: «Налицо явная шизофрения: одно и то же явление не может быть одновременно полезным и не имеющим оправдания. Польза — это уже и есть оправдание...»⁴

Свою версию Голодомора 1932—1933 гг. — очень болезненную для украинского читателя тему — А. Данилов, который специально этот вопрос никогда не изучал, излагает безапелляционно, как «истину в последней инстанции»: «...Следует особо отметить тезис о том, что организованного голода на селе в СССР не было. Тем более, он не был «спровоцирован» властью в отношении тех или иных народов или социальных групп. Голод был связан как с погодными условиями, так и с незавершенностью процессов коллективизации (колхозы еще не могли обеспечить необходимый уровень производства товарного хлеба, в то время как кулачество уже было «ликвидировано как класс» и в производственной деятельности уже не участвовало)»⁵. При этом А.Данилов и его соавторы критикуют украинских историков, которые называют Голодомор геноцидом⁶. Зарубежных историков, в частности, Андреа Грациози, который объясняет, в каком смысле голод в Украине был геноцидом, а в каком не был⁷, они не читают.

Наверно, нет фактов, которые бы пошатнули убеждения А. Данилова в том, что Сталин —выдающийся политик, к которому следует относиться с пониманием и уважением. А. Данилов ориентирует учителей: «...Важно показать, что Сталин действовал в конкретно-исторической ситуации, действовал (как управленец) вполне рационально — как охранитель системы, как последовательный сторонник преобразования страны в индустриальное общество, управляемое из единого центра, как лидер страны, которой в самом ближайшем будущем угрожает большая война»⁸. К этому же призывает учителей и А. Филипов, тиражируя в «Новейшей истории России. 1945—2006гг. Книга для учителя» мнение о Сталине как о «самом успешном руководителе в истории СССР»⁹. Не означает ли это, что учитель должен убеждать учеников, что «успехи» Сталина уравновешивают (а может и превосходят!) все те многочисленные факты, когда в результате его действий погибало огромное количество людей (по оценке А. Филипова — «целые общественные слои»), когда принимались невзвешенные, авантюристические и преступные решения, причинявшие непоправимый ущерб обществу? Может, в самом деле так?

Это вопрос морального выбора. Обратимся к голосу представителя Русской православной церкви митрополита Волоколамского Иллариона: «При Сталине была создана бесчеловечная система, и ничто ее не может оправдать: ни индустриализация, ни атомная бомба, ни сохранение государственных границ, ни даже победа в Великой Отечественной войне, ибо всего этого добился не Сталин, а наш многонациональный народ»¹⁰.

...Как известно, с началом Второй мировой войны репрессии в СССР не прекратились. В частности, их объектом в 1940 г. стали также польские военнопленные.

Объяснение того, как они оказались в руках советских властей в сентябре 1939 г., у А. Данилова оригинальное: «Относительно похода Красной Армии в сентябре 1939 г. следовало бы подчеркнуть, что речь шла о реальном освобождении тех территорий, которые отошли к Польше по Рижскому мирному договору 1921 г., т.е. было ничем иным, как освобождением части Отечества»¹¹. Оставим в стороне вопрос: где в понимании А. Данилова и А. Филипова начинается и где заканчивается «Отечество», как понятие «Отечество» соотносится с понятиями «Россия» и «СССР». Остановимся на том, как предлагается учителям объяснять ученикам уничтожение поляков: «С учетом политической заостренности катынского вопроса, не оправдывая убийства военнопленных в Катыни, следовало бы отметить, что со стороны Сталина расстрелы в Катыни — это был не просто вопрос политической целесообразности, но и ответ за гибель многих (десятков) тысяч красноармейцев в польском плену после войны 1920 года, инициатором которой была не Советская Россия, а Польша»¹². Критики объявили такой подход нехристианским, равноценным языческому принципу «зуб за зуб». Поэтому в напечатанном в книге для учителя варианте концепции автор «исправился»: «...С учетом политической заостренности катынского вопроса следует аргументированно показать, что в расследовании катынской трагедии немало неизученных и непроясненных вопросов»¹³.

Но эти коррекции не изменяют общей концепции. «Идет игра на том, что все зло извне, — отмечает И. Карацуба. — Идет дикая лесть русскому народу и утверждение о том, что ему не в чем каяться — виноват Мюнхен, поляки... Идет двойная бухгалтерия, двойная мораль, все погружается в имперский националистический угар»¹⁴.

Вообще, в «Книге для учителя» А. Данилова и его учебнике для 11 класса довольно мало внимания уделяется национальным группам населения. Но это впечатление вдруг исчезает, когда читаешь страницы темы «Великая Отечественная война. 1941—1945 гг.», в частности, фрагмент «Сотрудничество со врагом». Здесь речь идет о коллаборантах и, наконец, находится место для представителей прибалтийских, северокавказских и других народов СССР, в том числе, конечно, для украинцев и татар¹⁵.

Жителей Украины, которые сотрудничали с нацистами, в учебнике называют не только «коллаборационистами», но и подчеркивают, что они — «националисты», которые активно участвовали в карательных операциях. То есть понятия «коллаборационист», «националист», «каратель» воспринимаются как синонимы. Упоминается о батальонах «Роланд» и «Нахтигаль», о дивизии войск СС «Галичина», которую «сформировали националисты». О воинах УПА в экспертном заключении «Освещение общей истории России и народов постсоветских стран...» говорится, что они — «партизаны фюрера»¹⁶.

Крымские татары также заслужили внимания. О них, в частности, сказано: «В Крыму более 20 тыс. крымских татар добровольно вступили в антипартизанские батальоны и творили кровавые расправы над участниками борьбы с нацистами». Прочитав это, ученик, естественно, наполнится благородным чувством ненависти к крымскотатарским коллаборантам и будет готов оценить как должное содержание следующей фразы учебника: «Эти действия части населения в 1944 г. послужили предлогом для массовой депортации ряда народов, обвиненных в пособничестве врагу»¹⁷. Но, без сомнения, среди учеников найдутся и такие, кто не сможет понять, почему за преступления части народа должен отвечать весь народ, в том числе грудные дети, подростки, женщины, пожилые люди. Эти ученики обратятся к учителю. В «Книге для учителя» есть ответ: «Особой осторожности и сдержанности требует изучение в рамках учебного курса вопроса о депортации народов Кавказа и других народов в годы войны. Причем также следует иметь в виду, что подобные эксцессы происходили в тот период и в других странах (например, изоляция в США всех жителей японского происхождения)»¹⁸. Насколько такое разъяснение исчерпывающе — решайте сами.

Но ведь среди коллаборантов были и этнические русские. О них у А. Данилова тоже говорится, хотя довольно скупо. В частности, упоминается и Русская освободительная армия (РОА) А. Власова, и Особый казачий корпус П. Краснова и А. Шкуро. На наш взгляд, эти соединения заслуживают более детального анализа, ведь в их составе насчитывалось более 800 тыс. человек — больше, чем во всех других (кавказских, прибалтийских, татарских, украинских и др.) национальных формированиях в составе вермахта вместе взятых. Поскольку уже названа численность татарских антипартизанских батальонов, логично было бы привести и данные о русских. Однако об этом ни в «Книге для учителя», ни в учебнике для 11 класса информации нет. Это не вписывается в общую концепцию, которая красной нитью проходит сквозь учебники: «Войну выиграл русский народ». Глава Госархива России, член комиссии по противодействию попыткам фальсификации истории во вред интересам России при президенте РФ В. Козлов так и заявил 2 апреля 2010 г. во время телемоста Киев—Москва: «Войну выиграл русский, а не советский народ»¹⁹. Наверное, эту точку зрения глава Госархива России проводит и на заседаниях комиссии.

Без сомнений, каждый народ Советского Союза во время войны держал в своем шкафу собственный «скелет». У русских он был самый большой. Но не потому, что они были более склонны к коллаборации. Просто среди населения СССР русские составляли большинство.

Книги, написанные под руководством А. Данилова и А. Филипова, создают мощное историко-политическое поле, под влиянием которого будет работать совместная российско-украинская комиссия. Какие концептуальные положения этих книг войдут в общее российско-украинское пособие для учителей? Если попытка в какой-то форме реабилитировать Сталина, то это будет означать утверждение в обществе «...тривиальной мысли о том, что государство — это все, а человек — ничто»²⁰. Если это так, то перед нами, пишет российский историк А. Каменский, перспектива утверждения в обществе «единомыслия...оруэлловского типа»²¹ (имеется в виду известный антитоталитарный роман Дж. Оруэлла «1984»).

Поймут ли это члены российско-украинской комиссии? В значительной мере это зависит от ее персонального состава, о котором еще ничего не известно.

¹ О концепции курса «История России. 1900-1945 гг.» // http://www.prosv.ru/ umk/ist-obsh/ info.aspx?ob_no=15378.

²«Учебник Филиппова»: продолжение последовало (28.10.2009) // http:// uroki istorii.ru/current/view/2009/10/ uchebnik-filippova.

³История России. 1900—1945 гг. Книга для учителя. — С. 19; «Учебник Филиппова»: продолжение последовало (28.10.2009) // http://urokiistorii.ru/ curent/view/2009/10/uchebnik-filippova.

⁴«Учебник Филиппова»: продолжение последовало (28.10.2009) // http:// uroistorii.ru/current/view/2009/10/ uchebnik-filippova.

⁵О концепции курса «История России. 1900-1945 гг.» // http://www.prosv.ru/ umk/ist-obsh/info.aspx?ob_no=15378.

⁶Освещение общей истории России и народов постсоветских стран. — С. 9.

⁷Грациози А. Советский голод и украинский голодомор // Отечественные записки. — 2007. — №1. — С. 156—177.

⁸О концепции курса «История России. 1900—1945 гг.» // http://www.prosv.ru/ umk/ist-obsh/info.aspx?ob_no=15378.

⁹Данилов А.В. Новейшая история России. 1945—2006 гг. Книга для учителя. — С. 93.

¹⁰Героизация безбожников не может объединить народы исторической России // http://www.rusk.ru/newsdata.php ?idar=41850.

¹¹История России: 1900—1945 гг. Книга для учителя... — С. 21—22.

¹²О концепции курса «История России. 1900—1945 гг.» // http://www.prosv.ru/ umk/ist-obsh/info.aspx?ob_no=15378.

¹³История России. 1900—1945 гг. Книга для учителя... — С. 24.

¹⁴«Учебник Филиппова»: продолжение последовало (28.10.2009) // http:// urokiistorii.ru/current/view/2009/10/uchebnik-filippova.

¹⁵История России. 1900—1945 гг. Книга для учителя... — С. 387—389; История России. 1900—1945 гг. 11 класс. — С. 391—394.

¹⁶Освещение общей истории России и народов постсоветских стран... — С.158.

¹⁷История России 1900—1945 гг. 11 класс... — С. 393.

¹⁸История России. 1900—1945 гг. Книга для учителя. — С. 393.

¹⁹http://www.regnum.ru/news/1269/780. html.

²⁰Боде В. Эффективный менеджмент сталинизма. Готовится новый учебник истории России (26.08.2008) // http://www.svobodanews.ru/content/ article/462362.html.

²¹Там же.

 День

1